Время от времени дает о себе знать наше краснознаменное прошлое, - все время тянет цитировать Ленина. Помните, он говорил: "Учиться, учиться, учиться". Коротко, емко и, по-видимому, настолько доходчиво, что этот завет Ильича воплотили в жизнь. Советская система образования была не только мощной, но и, как показало время, достаточно эффективной. Потребовались многие годы безденежья, чтоб довести ее до нынешнего состояния, т.е. практически до руин.
- А впрочем, может быть, я несколько драматизирую события, и вам как человеку, знающему проблему "изнутри", все видится в более оптимистических тонах? - с этим вопросом я обратилась к начальнику управления образования облгосадминистрации Анатолию Владимировичу КОВАЛЕНКО.

- В последнее время очень часто сравнивают, каким образование было в недалеком прошлом и каким стало теперь. Конечно, в материально-техническом плане оно явно проиграло, однако до руин дело все-таки не дошло и, надеюсь, уже не дойдет. Судите сами: у нас в области функционируют 922 школы, 13 гимназий, 11 лицеев, 5 колледжей, 49 ПТУ, 29 техникумов и училищ, 16 вузов, до 10 учебно-воспитательных комплексов, 38 школ-интернатов и детских домов. Скажу больше, появились явные признаки того, что мы потихоньку выбираемся из охватившего систему кризиса: в прошлом году открылись 4 новые школы, в этом - новый вуз (Юридическая академия). Так что на месте не топчемся.
- Но наше образование, похоже, теряет свои главные достоинства: доступность и высокое качество?
- Увы, качество действительно иногда заставляет желать лучшего. И связано это даже не с нехваткой учебников, отсутствием наглядных пособий и т.д., а с проблемой номер один для нас - кадровым обеспечением. На первый взгляд, проблема эта надуманная, так как учебно-педагогических вакансий почти нет. Однако учителя сегодня получают настолько низкую зарплату, что не в состоянии удовлетворить самые элементарные потребности. Мизерно оплачивается классное руководство, методическая, воспитательная работа, что, естественно, приводит к их упадку. Педагоги теряют интерес к тому, что делают, перестают "выкладываться", и это немедленно отражается на знаниях наших детей. Очень немногие преподаватели сегодня находят в себе силы для того, чтоб подавить обиду на государство, которое действительно поставило их в незавидное положение, и продолжают добросовестно работать. Но как раз на таких людях все и держится, так как именно кризисные ситуации показывают, чего стоит каждый из нас.
Однако уровень образования снизился еще и потому, что был период, когда молодые люди утратили к учебе всякий интерес. У них не было настоящего стимула поступать в техникумы и вузы, они видели, что высококлассные специалисты сидят без работы или получают копейки, тогда как процветают люди необразованные, но достаточно предприимчивые и дерзкие. Это сегодня коммерческие структуры отказываются брать специалистов без диплома о высшем образовании, а частные предприятия устраивают конкурсы на замещение вакантной должности. Два-три года назад ничего подобного не было, чуть ли не самым престижным делом считалась торговля в "батискафах".
- Скажите, а у вас как у официального лица не бывает минут абсолютной беспомощности, когда вы чувствуете: "Это тупик". В конце концов, решение основной проблемы, безденежья, зависит не от вас?
- Стать пессимистом легче всего, тем более, что поводов для этого предостаточно, но как человек здравомыслящий я понимаю, что образование не существует изолированно. Не может быть нам хорошо, когда плохо государству. Но кризис тоже не вечен, рано или поз дно мы его преодолеем. И задача нашего управления и лично моя - в ожидании, так сказать, "светлого будущего" сохранить систему образования, попросту не дать ей рухнуть. А это предполагает решение не только финансовых проблем, но и работу над учебными программами, улаживание каких-то внутренних конфликтов, ведь люди сегодня издерганы, озлоблены, с ними все сложнее находить общий язык. Конечно, я не каменный истукан и на меня тоже иногда находит отчаяние.
Вспомнил, что имел хорошую работу...
- Какую?
- Семнадцать лет занимал должность директора техникума (ныне колледжа) пищевой промышленности, кстати, одного из ведущих учебных заведений Украины.
- Так, значит, вы не всегда были чиновником?
- Я надеюсь, что и сейчас им не стал, на таком посту важно прежде всего оставаться человеком.
- Но человеку свойственны некоторые слабости, признайтесь, родному колледжу покровительствуете?
- Не финансово, как вы понимаете, но он мне, конечно, небезразличен.
- Все хочу спросить, а это правда, что лицеи и гимназии считаются более престижными учебными заведениями, чем школы, что там уровень образования значительно выше?
- Ну я бы не был столь категоричен, у нас есть великолепные школы N35, 90, 121, 57, 4, школа Арцизского района и т.д. Учебный процесс в них поставлен не хуже, чем в гимназиях, просто лицеи и гимназии имеют определенную специфику: они предназначены для раз вития одаренных в той или иной области детей.
- Анатолий Владимирович, а встречаются ли в это смутное время среди учителей нашего города и области самородки вроде Макаренко, люди, которые, невзирая ни на что, разрабатывают новые методики, новаторски подходят к учебным программам?
- К счастью, да, талантливых, интересных преподавателей немало, но мне не хотелось бы бегло, как бы между прочим перечислять их фамилии, каждый достоин отдельного разговора.
- Наверное, по долгу службы вы изучали системы образования в других странах, какая из них, по-вашему, представляет для нас наибольший интерес?
- Как только мы обрели самостоятельность, почему-то сразу решили, что нужно копировать какие-то западные системы, а ведь любое копирование ущербно. Вот вам пример, не так давно попытались ввести для поступающих в вузы традиционное для Америки тестирование. И оно с грохотом провалилось.
- Почему?

- Да потому что оно нам незнакомо, у нас его никогда не было, и абитуриенты попросту растерялись. К тому же тестирование предполагает солидную материальную базу, а у нас с финансами и так туго. Хотя в целом как форма контроля оно эффективно. Я не могу сказать, что хорошо знаком со многими образовательными системами, изучал немецкую, американскую. Ну так вот, представьте себе, у них тоже не все гладко. Например, в Германии дают основательные знания, но обучение чересчур длительное. Диплом инженера получают в 27-28 лет и ужасно завидуют нам, получающим его в 21-22 года. Понимаете, каждая образовательная система характерна для страны, в которой реализуется, она учитывает менталитет данного народа, какие-то его традиции, материальные возможности. И мы тоже должны основываться на своем опыте, используя, конечно, и положительный опыт мирового образования. Например, нужно пересмотреть методы обучения в начальных классах, нельзя загонять ребенка сразу же в рамки отметок, программ, предъявлять к нему повышенные требования. Разумно было бы давать выпускникам и профессиональные навыки, чтоб, когда за ними закроются школьные ворота, они не оказывались на улице, беспомощные, ничего не умеющие, а могли в случае необходимости сразу пойти работать. Нужно отбросить неуместную стыдливость, сентиментальность и научить их реально оценивать свои силы, свои возможности.
- Вы предлагаете лишить их юношеских иллюзий?
- Я предлагаю помочь им в этой жизни.

Ирина ЧИЧИКОВА