Как-то мне пришлось сопровождать канадских специалистов во время посещения ими психотерапевтического кабинета при известном в Одессе лечебном учреждении. Там гостей встретили красивые, обитые мягкой тканью кресла; фотообои, навевающие по замыслу дизайнеров правильные переживания; наушники, из которых лилась мягкая музыка, и живописный вид на море из окна. Гости поинтересовались, а в чем, собственно, состоит психотерапия. Им любезно еще раз объяснили, что вот - кресла, вот - музыка, вот - человек попада ет в прекрасные условия и расслабляется телом и душой. Они сказали, что им это все понятно, но они хотели бы знать, какая психотерапия проводится, а не какие оборудование и мебель для этого служат. Тут уж хозяева кабинета ничего не могли сообщить, ибо был и уверены, что если поместить человека в глубокое кресло, включить ему тихую обволакивающую музыку и мигать перед глазами лампочками, то это и будет психотерапия. Сегодня у нас так называют все, что угодно, если от этого может наступить облегчение в психи ческой жизни. Экстрасенсы, специалисты по белой магии, различные жрецы и прорицатели именуют себя психотерапевтами, поскольку в нынешнем нашем обществе пока еще сохраняется удивительная свобода, в первую очередь, от ответственности.
А как обстоит дело там, где свободы, может, и не меньше, но уж ответственности значительно больше, т.е. у них, на Западе? На этот счет там принято считать, что именно психоанализ - мать всех психотерапевтических методов. Хотя современный арсенал психотерапевта включает также поведенческую и гуманистическую психотерапию. К последней относят, в частности, гештальт-терапию, клиент-центрированную, лого-терапию, трансакционный анализ и др. Несколько отдельно стоит системная семейная психотерапия. В основе эти х самостоятельных методов лежат общие фундаментальные положения. Главное - в человеческой психике балом правят бессознательные влечения, и человек, по сути говоря, сам себя не знает.
Фрейд отказался от гипноза 100 лет назад. Гипноз мешал понять и врачу и, главное, пациенту истинный смысл его психических проблем. Хотя благодаря гипнозу Фрейд совершил революционный прорыв в области знаний о человеческой психике. Было это так. Во время сеанса пациенту внушили, что он через 15 минут после пробуждения должен взять свой зонтик и открыть его прямо в комнате. Действительно, в назначенное время пациент стал беспокойно озираться по сторонам, затем, ничего не говоря, подошел к вешалке, где лежал зонт, раскрыл его над собой и стал рассматривать. Когда экспериментатор обратил внимание пациента на довольно-таки странные действия, тот стал уверять, что ничего странного здесь нет, просто ему неожиданно понадобилось проверить состояние своего зонтика. Тут-то и оказалась зарыта собака. Гениальность Фрейда в том, что он особое значение придал не самому яркому на первый взгляд факту: пациент воспринял внушенное желание как собственное и пытался рационально объяснить совсем не рациональный поступок. С это все и началось. В итоге появился психоанализ - лечебная процедура, в ходе которой пациент получает информацию о своих бессознательных переживаниях.
Значительная часть неосознанного материала в результате длительной работы переводится в сознательную сферу. Сознание пациента, его ЭГО становится более зрелым и начинает активно противостоять болезненным симптомам и ненормальным влечениям. Увеличивается степень свободы и объем душевного здоровья. Психическая энергия перестает томиться в темных аллеях бессознательного и выплескиваться на поверхность протуберанцами иррационального страха, тревоги или немотивированной агрессии. Прямого доступа к бессознательному нет. Он возможен по трем окольным дорожкам. Во-первых, это анализ свободных ассоциаций: пациент лежит на кушетке и говорит все, что ему приходит в голову, а аналитик сидит сзади и комментирует разрозненные мысли, помогает их связать в цельную картину и прояснить истинный характер или смысл сказанного. Второй путь - это анализ сновидений. Третий - анализ случайных ошибок, оговорок, ошибок памяти и т.п. Все вместе - и есть психоанализ.
К врачу пришла молодая женщина с довольно типичными жалобами. У нее возникла навязчивая страсть к чистоплотности, проявлявшаяся в том, что она мыла руки по 50 и более раз в день. Она понимала бессмысленность этого занятия, но ничего не могла поделать. Рук и у нее были сухие, шелушащиеся, она их беспрерывно смазывала увлажняющим кремом и затем снова мыла мылом. Кроме того, ее мучил страх сойти с ума. Объяснить причину возникновения этого заболевания никак не могла. Она обратилась к врачу в поликлинике. Ей назначили успокаивающие средства, вроде элениума, но от него были только сонливость и отупение. Болезненная потребность в чистоте не проходила. Никакие объяснения и уговоры со стороны родственников также не оказывали влияния.
Психоаналитическая работа в данном случае шла недолго. Примерно на 6-7-м сеансе
она стала рассказывать свое сновидение, в котором центральный эпизод выглядел
следующим образом. Она видит себя, сидящей в какой-то то ли траншее, то ли
окопе, и на нее надвигается танк. Башня танка приближается к лицу, она
чувствует страх и просыпается с ощущением, будто случилось что-то непоправимое.
После того как пациентка рассказала свой сон, аналитик спросил, сколько раз она
в своей жизни видела танк. Выяснилось, что, если не считать кино, никогда.
Тогда врач предложил ей нарисовать этот предмет. Когда это было выполнено,
аналитик попросил ее взглянуть на рисунок и, позабыв о своем сне, попытаться
понять, что это ей напоминает. После минутного раздумья она сообщила, что
здесь изображено нечто похожее на мужской половой орган. И в самом деле, башня
и ствол этого якобы танка выглядели так, будто место рисунка - на стене
общественного туалета. Затем пациентка стала ассоциировать на эту тему и
сообщила, что последние полгода у нее установились интимные отношения с одним
офицером, к которому она очень хорошо относится, но ее несколько смущает то,
что по его настоянию они практикуют оральный секс. В ходе последующих
интерпретаций (пояснений) пациентка осознала, что болезненная страсть к мытью
рук была выражением идеей самообвинения по поводу орального секса. Таким
образом она как бы защищалась от собственных бессознательных переживаний, суть
которых в том, что подобные отношения являются грязными и заслуживают
осуждения, а уважение к себе можно вернуть, только очистившись в буквальном
смысле этого слова. Когда природа болезненных переживаний стала понятной,
исчезли болезненные симптомы.
