ОБЩЕСТВЕННО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

N 48(263) ноябрь 28, 1997 год

На каждом корабле - будь то океанский лайнер или буксир - хранится ящик с флагами расцвечивания. Не так давно (есть еще люди, которые это помнят) вахтенные первым делом смотрели на мачты встречного судна: что там полощет ветер, какие комбинации флагов адресованы нам? "Счастливого плавания" или "Нуждаемся в помощи"?.

Примерно такими словами лет двадцать назад я начал свои заметки о выставке произведений Юрия Егорова в залах Одесского художественного музея.

Приуроченная к 50-летию мастера, выставка стала одним из самых ярких событий в художественной жизни Одессы середины 70-х годов. Это время... Я бы назвал его безысходно унылым для тех, кто не укладывался в прокрустово ложе соцреализма. Торжествовали помпезность, псевдогражданственность, сентиментальная слащавость... Групповые, я уже не говорю о персональных, выставки проходили сквозь сито отборочных комиссий, и в результате в залах преобладали "картинщики". Этот, в общем-то нейтрально-профессиональный термин обрел в те годы вполне определенное "соцевское" содержание.

Юрий Егоров тогда был среди очень немногих представителей этого жанра, кто сумел, хотя и не без потерь, но, в общем, достойно и полно представить свое искусство широкому зрителю. Он уже тогда был почитаемым учителем для поколения интереснейших, самобытных молодых художников, так называемых нонконформистов. Сегодня они составляют гордость отечественного современного искусства. Речь идет не о профессиональной учебе, хотя и она была, а о примере достоинства, преданности делу, требовательности к себе и другим, который подавал Юрий Егоров.

Сегодня многие из них были среди пришедших на вернисаж в те же залы, чтобы встретиться с Егоровым конца 90-х. Мы вновь ощутили, пожалуй, еще отчетливее, неординарность, оригинальность, масштаб этой личности. В выступлениях прозвучало: страна, город должны гордиться, что здесь живет и работает классик Егоров.

"Двадцать лет спустя"... Роман Дюма имеет над нами некую странную власть. В своей трилогии он как бы нарезал на оси Времени три участка, в которые укладывается жизнь. Не физическая - она может продлиться и дольше, а духовная, творческая.

Художник Егоров преодолел первый барьер. Это не путешествие из пункта А в пункт В, а полет по Параболе, воспетой Андреем Вознесенским в те же 70-е годы:

Судьба, как ракета, летит по параболе Обычно - во мраке и реже - по радуге.

Скорее по радуге - это про Егорова. Он один из немногих новаторов, сохранивших верность идеалам античности и классицизма, а, значит, и ощущение целостности, красоты, величия мира и того, что его населяет. Девушки - величественны, словно кариатиды, но полны жизни, словно рыбачки с Бугаза. Лодки - коринфские челны, но и фонтанские шаланды...

Егоров изъясняется на высоком языке знаков. Его насыщенные фигуративные полотна на самом деле - символы, иероглифы, в которых закодировано отношение художника к миру. А он состоит из Моря и Берега. Две противоборствующие системы (стихии?), олицетворяющие движение и устойчивость, у Егорова не могут существовать, немыслимы друг без друга. И впрямь, безбрежный Океан на планете Солярис, придуманный Станиславом Лемом, ужасает, как и безводные плато Марса.

Но есть еще и Небо, которое у Егорова неразрывно с Морем и Берегом. Что остается человеку? Снарядить лодку, ладить паруса.

И сегодня, как 20 лет назад, на выставке манят, очаровывают две работы, на которых девушка и юноша готовятся к плаванию. Нам подан знак, поднят флаг: "Скоро отправляемся!"

Одна создана в 1975 году, другая - в нынешнем. Магия такова: кажется, что ты провожаешь и встречаешь это суденышко и его команду в начале и конце плавания по дуге горизонта, который призван отделять Море от Неба.

Феликс КОХРИХТ
Фоторепродукция Юрия Егорова "Скоро отправляемся!"

ОБЩЕСТВЕННО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

N 48(263) ноябрь 28, 1997 год